flag russia
Контакты
Войдите через свой аккаунт в соцсети:
Или введите логин и пароль:
logo
ВОСХОЖДЕНИЕ НА ЭЛЬБРУС 2018

Телефон в Москве:

+7 495 108-74-65

Бесплатно по России:

Мы в соцсетях:

Южная Ледолазная Корея

Чего мы только не делали перед фестивалем ледолазания, который традиционно намечался в начале февраля в Южной Корее. По скалам и заброшенным домам в поисках микста лазали, ледовый марафон для адаптации к длинным трассам устраивали, психологическую подготовку на случай непонимания корейских указаний проводили (типа, контрольное время уже давно идет, а сколько оно, никто не знает)… И вот мы в Корее.

Южная Ледолазная КореяЮжная Ледолазная Корея

Какое ледолазание? Вот-вот, кажется, цветы зацветут! Но нет. Это в Сеуле весна. Да и в национальном парке Сорак тоже. И горы почти не в снегу. Но ледопад Товаг в конце узкого скалистого ущелья стоит. Шикарный каменный цирк с видом на противоположный хребет. Ледопад имеет две ступени. Нижняя – неоднородная, с участками скал, метров 60, верхняя - все 80, и это полный монолитный отвес. И наклонная перемычка между ними. В общей сложности метров под 250 льда. Нам с Кириллом, чтобы связкой пройти Товаг снизу доверху и спуститься, небось, весь день придется работать.

Ледопад Товаг - в этом году льда немного

Но про восхождение с нижней пока речи нет. Может, потом, когда отсоревнуемся. Сейчас задача номер один – попробовать лед и морально подготовиться к стартам, которые начнутся послезавтра. Первый день, квалификация трудности, второй – финал и скорость. Постановщики готовят трассы, бревна на скальном участке уже висят, а с другой стороны льда для женщин любовно выбивают в камне «долбленки», помечая каждую блестящим фантиком. Нам, единственным представителям России, вопреки всему разрешили прийти и продегустировать ледопад заранее. Но, чур, без микста. Мы были рады и этому.

Владавиа и Эльбрус форева!

Как оказалось, если бы такой поблажки нам не сделали, Товаг своими глазами (и своими молотками) я так бы и не ощутила. Потому что на следующий день повалил снег. Он глубоко спрятал те самые не распустившиеся еще цветы, засыпал ущелье, тропу, человекоуловители в опасных ее местах, городок национального парка. И организаторы фестиваля, которыми были волонтеры-спасатели Сорака, вынуждены были отменить сначала первый день соревнований, а затем, когда снег не перестал валить, и второй.

Ничто не предвещало
2 Прошли сутки

Эти двое суток мы с Кириллом впадали в разные крайности, от подавленной мрачности до безбашенного веселья с запрыгиванием в сугробы. На самом деле было безумно жаль соревнований, к которым мы готовились два года, жаль трассы, которые были практически готовы, постановщиков, которые вложили в них столько сил, эти несчастные фантики, трогательно наклеенные на скалы… А с другой стороны – в этом ожидании чуда и переживаниях мы как-то сплотились с ребятами из «рескью-тим», пожили немного жизнью корейских спасателей-волонтеров. И получили возможность полазить по еще одному шикарному ледопаду, под названием Мебай.

Южная Ледолазная Корея

Мебай залит на скале в трехстах метрах от дороги, вода насосами подается из протекающего мимо ручья на самый верх утеса по трубам метапола, и получается шикарный ледодром 80 метров высотою, а шириной и того больше.

Линия нашего лида на Мебае

В какой-то момент меня даже разобрала обида на корейцев. Почему бы изначально не провести соревнования на Мебае? Он доступен в любую погоду, к нему удобно подобраться, рядом кафе и остальные удобства для жизни… А уж льда-то и скал более чем в достатке! Но потом мне стало ясно, что Seoraksan Iceclimbing Competition – это совершенно отдельное явление в ледолазной культуре. Мебай – так, тренировочный полигон, потусить. Его доступность делает его удобным, и поэтому не столь интересным объектом, нежели Товаг, на который и пускают-то только на время соревнований. Товаг собирает сотни участников и зрителей, потому что это заветное, заповедное место, среди настоящих гор, и поэтому на сораксанский фестиваль люди приезжают со всей Кореи. Традиционно участвуют китайские спортсмены, бывают американцы, и вот третий раз приехали россияне. В предыдущий раз, пару лет назад, Саша Патанин из Находки стал лучшим в квалификации, трое дальневосточников прошли в финал (а это всего 23 участника из 120 в группе мужчин), но в призовую дюжину никому пробиться не удалось. Ледолазание в Корее – очень популярный вид экстремального спорта, корейские спортсмены держат марку в мировом ледолазном сообществе, занимая верхние строчки рейтинга, поэтому и на Товаге, куда профессионалы хотя и не приезжают, конкуренция очень жесткая.

Шойгу на миксте Товага

Масштабы ледолазания в Корее можно себе представить по участию в группе ветеранов (а это несколько десятков человек от сорока и старше) спортсмена в возрасте 78 лет. Он стал восьмым два года назад! А в этом гуду у него юбилей, восемьдесят. И он снова приехал на Товаг, как и многие другие, кого не смогли предупредить об отмене соревнований. И, раз уж приехали, все эти люди, а также мы и наши спасатели, отправились фестивалить на Мебай. Столько народу на льду одновременно я еще никогда не видела. Но, несмотря на это, издалека человеческие фигурки терялись на ледовых просторах. Эх, нам бы такую тренировочную сосульку! Мы с Кириллом решили начать с «лида» - прохождения ледового маршрута с нижней страховкой. Специально для этого мы с риском перевеса привезли из России две бухты верья, но как-то так все сложилось, что наш лид состоялся на одолженном корейском восьмимиллиметровом шнурке, один вид которого внушал нам какую-то неуверенность. Еще нам дали погонять удобные короткие буры. Кирилл, довольный, обвешался всем этим добром и по пояс в снегу отправился к началу подъема, на самую левую линию льда. Не то чтобы мы хотели пройти именно ее – со всеми этими пустотелыми ледовыми «крыльями» и диагональными нависаниями, - просто весь остальной лед оказался занят. Да и надо когда-то начинать осваивать рельеф повеселее.

Южная Ледолазная Корея

Надо сказать, количество буров, которые Кирилл собирался задействовать, в процессе освоения веселого рельефа увеличилось с шести до десяти, и то потому, что буры просто кончились, так что крайние восемь метров до полки мой забойщик шел, испытывая противоречивые чувства. То ли еще бур завинтить, то ли все-таки полноценную базу сделать? Я, стоя на страховке, не могла понять, чего это он так медленно работает, то и дело пытаясь свернуть с логичной линии подъема… На деле то, что выглядело снизу нормальным путем, неожиданно оказалось какими-то карнизами, и, в свою очередь вслед за Кириллом проходя одно из таких мест, я дивилась и мотала полученный опыт на ус. Надо сказать, смотрящие в спину корейцы здорово стимулировали в минуты слабости и сомнений, так что приходилось следовать девизу: «Если по мере занятия своим делом страх возрастает, значит, ты движешься в верном направлении». Судя по ощущениям, мы явно двигались верно – и делали это более-менее успешно, ибо посрамить российское ледолазание было ну никак нельзя.

Гуляя по нацпаркам

Кстати, о корейском шнурке. Попроси меня с размаху зарубиться в него клювом молотка – у меня далеко не с первой попытки получится, если получится вообще. А вот если такой цели перед собой не ставить – тогда пожалуйста, на тебе с первого раза. И вот «стоишь» ты, в тридцати метрах от земли, разглядываешь приколотую молотком ко льду веревку и думаешь о вечном. Вечный вопрос: «Что делать?» Потому что «Кто виноват» - и так ясно. Надо было, не дергаясь лишнего, ввинтить один из собранных на маршруте буров, встегнуться в него на самостраховку и потом уже посмотреть, что там сталось с веревкой. Эта светлая мысль пришла ко мне, но только когда я уже спустилась. А тогда я просто вынула молоток, дошла до полки и там прощупала покоцанное место – ну, вроде пойдет.

В общем, этот лид нам понравился. Ушло на него почти два часа, поэтому горячая баночка кофе, предложенная нам одним из корейских братьев по разуму, оказалась очень кстати. Кстати! Кофе появился сразу после того, как Кирилл на двух молотках развесил посреди Мебая небесно-голубой баннер «Владавиа». Совершенно неожиданно для нас, баннер вызвал среди корейцев недюжинное оживление. К нам тут же подошли несколько человек и задали вопрос: «Руссия? Эльбрус?» Не сразу мы поняли, какая между всем этим взаимосвязь, но оказалось-то все просто. На Эльбрус корейские альпинисты летают самолетами «Владавиа»! Так что после воспоминаний о восхождениях на Эльбрус за баночкой кофе не могла не появиться яблочная настойка. И над Мебаем прозвучал международный тост: «За Эльбрус!»

Судейская палатка. Еще не поломанная тонной снега.

После кофе (и настоечки) решено было «побегать» 80 метров скорости. Ну, Кирилл-то, допустим, действительно побежал, однако далеко ему уйти не удалось: после лида подуставшими руками я просто не успевала выбирать за ним веревку! Тут мне на помощь пришел корейский спасатель, и мы вдвоем благополучно достраховали Кирилла до верху. У меня скорость очень быстро перешла в равномерный подъем. Все-таки 80 метров разом, даже после семи забегов по пятнадцать на нашей залитой световой опоре, - это вкачивает.

70 метров скорости

Так фестиваль на Мебае скрасил огорчение от отмены стартов на Товаге. Мы получили новый опыт, сбили ледолазный голод, завязали «специфические» знакомства – и наметили себе кучу планов, на эти ледопады и на те, про которые узнавали в процессе. Корея для ледолаза – великолепный вариант. И мы туда еще вернемся.

Автор: Елена КОЧЕГАРОВА

Прикрепить